Миссия – дело для каждого?

16.06.2021

346353431.jpg

В чем будущее православной миссии: выходить как можно дальше за церковную ограду, чтобы привлечь к Церкви не только стоящих буквально на церковном пороге, но и тех, что удалился «на страну далече», быть «всем для всех»? Или, может, необходимо сконцентрироваться на развитии приходской жизни с верными? Чьей задачей должна быть миссия, на кого она должна быть направлена в первую очередь? Этот вопрос не теряет своей актуальности, и тема регулярно становится предметом обсуждения в тех или иных средствах массовой коммуникации. В частности, буквально на днях данная тема вновь была поднята телеграм-каналом «Букварь».

Своими размышлениями о том, что что такое миссия, к кому она должна быть обращена, и чьим призванием является миссионерское служение, делится протодиакон Сергий Епифанцев, клирик Александро-Невского кафедрального собора Старого Оскола.

 

Собственно, фатальная ошибка думать, что христианское миссионерство – это профессиональная сфера, доступная узкому кругу людей. Каждый верующий призван к миссионерскому служению. Что это такое, и как прихожанину храма быть миссионером?

Господь в Евангелии говорит, что наша жизнь, наши дела должны быть светом, который светит людям... «Вы – свет мира… Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5.14-16). Не возникает ли у вас сомнений?

Левая наша рука не должна знать, что делает правая (Мф. 6:3). То есть мы не должны хвалиться добрыми делами.

Но наше отношение к людям, наш образ жизни и мысли могут менять реальность вокруг нас, наделяя привычные бытовые контексты новыми смыслами. В нагорной проповеди Спаситель говорит нам: «Вы – соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою?» (Мф. 5:13). А в Евангелии от Марка объясняется, в чем заключается эта соль: «Соль – добрая вещь; но ежели соль не солона будет, чем вы ее поправите? Имейте в себе соль, и мир имейте между собою» (Мк. 9: 49). Мир между христианами – это основа миссии, соль – не только и не столько вкусовая приправа, сколько консервант, предохраняющий мир от гниения.

 

Миссия и пастырство – разные вещи

К пастырству и духовничеству призваны не все. Это удел священников, которые отвечают не только за свою жизнь, но и за души тех, кто молится вместе с ними и обращается к ним за советом, кому они в Таинстве исповеди отпускают грехи. Для пастырства нужны благодатные дары, преподаваемые Богом в Таинстве священства, но и они даются не по «умолчанию», а в результате благочестивой жизни и приобретаемого опыта.

У пастырства есть ограничения: оно всегда обращено к тем, кто в церковной ограде, кто уже переступил порог храма и учится быть частью христианской общины. Язык пастырства – это язык церковной проповеди. Священник призван быть осторожным и благоговейным, здесь почти нет места экспериментам и новшествам – так же, как, например, в иконописи, богослужебных текстах или архитектуре. Мы храним евангельские истины, Церковное Предание и культуру и в идеале должны их передать следующим поколениям в неповрежденном виде. Почему я говорю «в идеале»? Потому что мы далеко не всегда понимаем и осмысливаем то, что храним. И уж, тем более, не всегда живем этим.

Если пастырство – внутри церковной ограды, то миссионерство можно представить как дорожные знаки, которые указывают на точку входа в эту ограду.

Такой точкой может быть наша помощь человеку, доброе слово, отношение. Социальная работа, которую мы, верующие, делаем сообща, или же никому не заметные добрые дела, которые мы делаем ежедневно. То, как мы относимся к своей семье, коллегам по работе, продавцу в магазине или старушке, которая сидит на паперти. Наш «свет», наша миссия состоит из небольших ежедневных усилий, которыми мы порой пренебрегаем. И совершенно зря.

 

Говорить с каждым

Даже для священника язык пастырства и язык миссионерства существенно различаются. Поэтому благочестивые прихожане порой удивляются, почему батюшка, обычно такой серьезный и строгий, вдруг шутит в инстаграм-канале или при общении с молодежью. Зачем это? Ответ дает апостол Павел: «…будучи свободен от всех, я всем поработил себя, дабы больше приобрести: для Иудеев я был как Иудей, чтобы приобрести Иудеев; для подзаконных был как подзаконный, чтобы приобрести подзаконных… для немощных был как немощный, чтобы приобрести немощных. Для всех я сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых» (1 Кор. 9:19-22).

Конечно, не каждый священник и не каждый миссионер способен быть «для всех всем», как первоверховный апостол, но эти слова задают общий принцип: по возможности говорить с каждым на его языке. Практическое применение этого принципа описано в книге Деяний святых апостолов: «И, став Павел среди ареопага, сказал: Афиняне! по всему вижу я, что вы как бы особенно набожны. Ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано: «неведомому Богу». Сего‐то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам» (Деян. 17:22-23).

Конечно, миссионерский ход в большинстве случаев уникален и неповторим. Иногда он остается актуальным на все времена.

Например, первые строки Евангелия от Иоанна: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин. 1:1). Апостол обращался к носителям эллинистической культуры, в которой было понятие о «Логосе» – Слове. Гераклит учил, что некий непостижимый Логос лежит в основании мира. Стоики, школы которых были очень распространены во время пришествия Христова, от Гераклита взяли мысль о мироправящем Логосе или законе, определяющем все происходящее. Вот им и было сказано, что Логос, Слово – это Бог, который стал Человеком ради спасения всех людей.

Интересны случаи, когда при переводе Священного Писания на языки разных народов миссионеры творчески подходили к тому, чтобы текст был органично воспринят носителями другой традиции. Например, на китайский язык упомянутые нами строки были переведены как «В начале было Дао». Слово «дао» означает «путь» – это одна из важнейших категорий китайской философии.

Просветитель Северных земель, Дальнего Востока и Америки святитель Иннокентий (Вениаминов) перевел для алеутов молитву «Отче наш» со словами «Рыбу нашу насущную дай нам на сей день», а в якутском переводе Евангелия фразу Спасителя «вы делаете дела отца вашего» (Ин. 8:41) перевели наиболее соответственным фразеологическим оборотом якутского языка: «вы сушите копыта вашего отца».

 

Что делать?

Даже если мы не едем в отдаленные земли, где еще не звучало слово о Христе, вокруг нас полным-полно людей, которые толком ничего не знают о вере, о Церкви, о Евангелии. И эти люди будут судить по нам, христианам: каковы мы, с их точки зрения, такова и Церковь. Нам нет нужды переводить Священное Писание на другие языки, наша задача – перевести его на язык жизни, язык наших дел. И если намерение совершить этот «перевод» будет искренним и честным, Господь положит нам на сердце как это сделать. Важно только каждый день вспоминать об этом и не быть «воскресными христианами», которые становятся благочестивыми, только переступив церковную ограду.

Протодиакон Сергий ЕПИФАНЦЕВ

В основе материала –
публикация сайта «Православное Осколье»

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓