Онокентавры и другие чудные животные на страницах Библии

05.07.2021

547645235.jpg

Как понимать упоминание в ветхозаветной книге пророка Исайи среди животных, которые будут населять опустевшую землю, онокентавров, летучих змей, сирен, леших, ночных привидений? Это нерасшифрованные поэтические образы более древних переводов, указания на те или иные обычные для тех мест виды зверей или что-то еще?

 

Как-то я открыл старенькую Библию, и на глаза попался фрагмент из 34-й главы пророка Исайи: «И превратятся реки его в смолу, и прах его – в серу, и будет земля его горящею смолою: не будет гаснуть ни днем, ни ночью; вечно будет восходить дым ее; будет от рода в род оставаться опустелою; во веки веков никто не пройдет по ней; и завладеют ею пеликан и ёж; и филин и ворон поселятся в ней; и протянут по ней вервь разорения и отвес уничтожения. Никого не останется там из знатных ее, кого можно было бы призвать на царство, и все князья ее будут ничто. И зарастут дворцы ее колючими растениями, крапивою и репейником – твердыни ее; и будет она жилищем шакалов, пристанищем страусов. И звери пустыни будут встречаться с дикими кошками, и лешие будут перекликаться один с другим; там будет отдыхать ночное привидение и находить себе покой. Там угнездится летучий змей, будет класть яйца и выводить детей и собирать их под тень свою; там и коршуны будут собираться один к другому».

 

Запустение земли

Мы видим, что пророк повествует о Божьем наказании для Идумеи (страна, получившая свое название от Исава или Эдома по цвету кушанья (красной чечевичной похлебки), за которое он продал свое право первородства Иакову. При исходе из Египта жители Идумеи не позволили евреям во главе с Моисеем пройти через их земли. Идумеи находились в постоянной вражде с евреями, не раз пытавшимися захватить их земли.

В Библии указаны восемь идумейских царей, правивших страной до завоевания ее в XI веке до н.э. Давидом, в чем исполнилось пророчество, данное Исааком сыну своему Иакову относительно потомков Исава (идумеян) –запустение земли и заселение ее дикими животными. Как ни странно, это очень созвучно современному сознанию, которое так любит постапокалиптические фильмы. Но уже много столетий назад все было описано. Причем описано не для развлечения безбожников, как сегодня, – это написано человеком, уповающим на Бога и видящим будущее в настоящем.

В целом этот библейский фрагмент кажется вполне понятным даже без особых толкований. Но стоит только обратиться к крупнейшему своду комментариев к Библии, который когда-либо был на русском языке, – Толковой Библии Лопухина, и сразу сталкиваешься с массой сложностей в неожиданных местах. Например, названия живых существ.

 

Библейские онокентавры

В 11-м стихе мы видим упоминание пеликана, ежа, филина и вороны. Церковнославянский перевод (ЦСП) не упоминает про пеликанов вообще, а в Библии Лопухина читаем такой комментарий: «"Пеликан" – собственно птица водяная; поэтому здесь лучше понимать слово kaat как выражение, означающее сову». Так все-таки: пеликан или сова? Птицы эти, мягко говоря, разные…

Но это цветочки: ЦСП в этом стихе упоминает еще такое животное, как «онокентавры». Что должен при этом представлять себе человек, читающий данные строки? Что Библия, Священное Писание христиан, призывает нас верить в существ из древнегреческой (то есть языческой) мифологии? Заметим, что синодальный перевод никаких онокентавров не упоминает. Но это слово не придумано в церковнославянском переводе, оно содержится в Септуагинте – греческом переводе «семидесяти толковников», древнейшем полном переводе Библии на другой язык. Упоминание онокентавров встречается еще раньше – в 13-й главе 22-м стихе книги пророка Исайи. И в синодальном переводе, ориентирующемся на еврейский текст Ветхого Завета, мы читаем слово «шакал». Комментарий в Библии Лопухина такой: «Вместо "шакалы" в Септуагинте поставлено выражение onokentauri (осло-быки). Это было у греков обозначением какого-то необыкновенного животного, вид которого трудно себе и представить». В еврейском оригинале ijim –собственно «воющие» (звери).

В любом случае, шакалы – это значительно яснее мифологических кентавров, ибо они вписываются в библейскую картину мира. А вот кентавры – совсем из другой картины (конечно, мы понимаем, что допускать существование кентавров – еще не значит быть язычником и верить в греческих богов, и тем не менее).

 

Лешие из русских сказок

Заметим, что у античных писателей, например, Клавдия Элиана в его работе «De Natura Animalium» («О природе животных), онокентавры прямо описываются как родственники кентавров: они имеют тело, подобное ослиному, пепельного цвета с белизной по бокам. У этого существа человеческая грудь с сосками и человеческое лицо, обрамленное густыми волосами. Руки использовались не только для захвата и удержания, но также для бега. Онокентавр имеет сильный характер, свободолюбив и не выносит неволи.

Укажем еще, что онокентавры упоминаются в соответствующих стихах латинского перевода Библии – Вульгаты, и при этом отсутствуют в современном латинском переводе, хотя автор этого перевода блаженный Иероним в большей степени ориентировался на еврейский, а не на греческий текст.

Загадочные онокентавры в церковнославянском переводе дважды встречаются еще в 34-й главе 14-м стихе пророка Исайи: «И срящутся беси со онокентавры и возопиют друг ко другу, ту почиют онокентаври, обретше себе покоища». А теперь синодальный перевод: «И звери пустыни будут встречаться с дикими кошками, и лешие будут перекликаться один с другим; там будет отдыхать ночное привидение и находить себе покой». Как видите, никаких бесов и онокентавров тут нет, а есть звери пустыни, дикие кошки, а также лешие и ночные привидения. И здесь возникают иные вопросы: Библия учит нас верить в леших из русских сказок? В ночные привидения? Но с точки зрения Библии, это должно быть отнесено к категории «бесовщины»…

Тут нужно учитывать, что этот стих является параллелью к 13-й главе 21–22-му стихам книги Исайи, где пророк говорит о разрушении Вавилона. И там вместо «лешие» мы читаем «косматые» (по-еврейски seirim – волосатые). Это, по всей вероятности, дикие козлы, считает комментатор в Библии Лопухина. Также он упоминает, что впервые указание на демонов здесь увидели в переводе Септуагинты.

Но в церковнославянском переводе в 13-й главе 21-м стихе книги пророка Исайи мы снова видим упоминание бесов: «и беси тамо воспляшут». Я понимаю, что козел порой мог считаться образом сатаны, но все-таки буквально – две большие разницы… Вариант с пляской бесов выглядит значительно апокалиптичнее, чем скакания горных козлов, но вариант с козлами смотрится реалистичнее...

 

 

Ночное привидение или птица филин

И в продолжение темы бесов-козлов – о ночном привидении. В еврейском оригинале тут содержится слово «лилит» – ныне это хорошо знакомое слово любителям иудейской каббалистики, якобы первая жена Адама. В Библии Лопухина комментарий следующий: «Древние толкователи видели здесь намек на верование иудеев в женщину-демона, которая ночью высасывает кровь у людей, новые же переводят это слово, происходящее от слова lail, просто выражением: ночная, и разумеют здесь ночную птицу, т.е. филина».

Так все-таки: женщина-демон-вампир, ночное привидение или просто ночная птица филин? Первые два варианта, скорее, похожи. Но вариант с филином полностью укладывается в смысловой ряд: после запустения земли она заселена дикими животными – в этом смысле дикие козлы вместо леших и филин вместо привидения кажутся более логичными.

Кстати, филинам не повезло и в другом месте. В 13-й главе 21-м стихе Исайи церковнославянский перевод дает чтение – «и наполнятся домове шума». Синодальный перевод ставляет слово «филины», поскольку «"Филины" по-еврейски ochim; слово это происходит от восклицания "ох! илиах", которое напоминает крик сов или филинов (в Септуагинте это выражение перевели словом ehos (шум), которое, может быть, выбрано ими как близкое к крику, испускаемому филинами)». Несколько неопределенно, филины же – конкретно.

 

Страусы на опустевшей земле

Кроме филинов не повезло и другим живым существам. В книге пророка Исайи (34;13 и 13;21) мы читаем, что в наказанной Богом и опустевшей после этого земле поселятся страусы. Однако в церковнославянском переводе никаких страусов нет в силу того, что «страусы» по-еврейски –benotjaanah, то есть, собственно, «дочери крика». Так назывались самки страусов, испускающие особые крики. В Септуагинте поняли это слово jaanah как имеющее значение петь в ответ кому-нибудь (Исх. 15:21), и страусов заменили на sirenes – сирен. Так что в славянском тексте тоже будут сирены.

И снова вопрос, как с онокентаврами: обязан ли читатель Библии верить в образы греческой мифологии, считая их реальными существами? Я не утверждаю, что переводчики Септуагинты разделяли веру в языческие образы, – напротив, я убежден в обратном. Они пытались найти на греческом языке концепты, которые передавали бы образы Библии для человека, знающего только греческий. Другое дело, всегда ли это было удачно.

И отдельный вопрос: какие образы должны возникать в голове читающего церковнославянский или синодальный перевод и встречающего там выше обсуждавшиеся слова?  

 

Так ёж или летучий змей?!

Онокентавры не отпускают нас и в церковнославянском переводе Исайи (13;22), где синодальный перевод снова дает слово «шакалы». Далее в нем упоминаются гиены, но церковнославянский перевод говорит о ежах, потому что так в Септуагинте. Ежи – это не совсем гиены. Шакалы и гиены снова укладываются в один смысловой ряд, а вот онокентавры и ежи – как-то не очень.

С ежами в этих местах церковнославянского перевода есть еще одна странность: в книге Исайи (34;15) мы читаем «тамо возгнездится еж»; в синодальном – «там угнездится летучий змей». Так ёж или летучий змей?! При чтении последнего варианта мне лично представляется дракон из сказок (почему бы не вспомнить и дракона Смауга из толкиновского «Хоббита»?). Но вот в Толковой Библии Лопухина все опять трезвее и реалистичнее: «"Летучий змей" – это такой змей, который откуда-нибудь с высоты, например, с высокого дерева, бросается на свою жертву и с налета жалит ее». Вот и все. И никаких драконов. Конечно, дракон может обозначать дьявола, то есть иметь символический смысл, но это другое дело.

В этом стихе есть еще одно разночтение, связанное с животными: церковнославянский перевод утверждает, что «тамо елени сретошася»; а вот в синодальном это коршуны. И снова: олени или коршуны? Понятно, что это связано с разночтением между Септуагинтой и Масоретской редакцией Ветхого Завета.

В заключение скажем, что указанием на разночтения редакций Библии и неточности в переводе мы не хотим подвергнуть сомнению богодухновенность Писания. Точно так же мы не хотим этим сказать, что греческий перевод Септуагинта или церковнославянский перевод очень плохи и не могут использоваться в богослужении. Речь идет всего лишь о неточности деталей, которые могут порождать неправильное понимание текста. Но это не влияет на спасение, ведь, в конце концов, общий смысл этих фрагментов из пророка Исайи, при всей неточности деталей, не меняется никак: речь идет о том, что люди, отвернувшиеся от Бога, выбирают зло и мерзость запустения вместо плодородной земли, где все произрастает во славуБожию.

Константин МАТАКОВ

В основе публикации –
статья журнала «Миряне» (Брянская епархия)

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓